?

Log in

No account? Create an account

[sticky post] Приветствую в моем ЖЖ!

Сперва, раз уж так принято, я вас напугаю. Стра-ашными правилами.
1. Кто ко мне с мечом придет, тот от меча же и погибнет. Сиречь - как вы ко мне, так и я к вам.
2. Пишем правильно. Никаких "удаффов" или иного коверканья Великого и Могучего (нет, не Эру, а русского языка). Да, я патриотка даже до такой степени.
3. За мат, блатной жаргон и так далее - предупредительный выстрел, в случае рецидива - контрольный в голову (т. е. бан). Если вышеперечисленного много - могу и сразу в бан, ибо не люблю подобное.
4. Не обманывайтесь, что в моем журнале основная форма общения - на "ты", это не означает панибратства. Фамильярность - повод для бана. С заявившими: "будь проще" или "какие мы важные" разговор короткий - контрольный в голову. Хотя, конечно, можно обращаться на "вы" - мне это приятно и нареканий не вызовет.
5. Троллям здесь не рады. Их тут больно бьют и вышвыривают вон. Также, в качестве меры пресечения троллинга, по каждому случаю будет сделан кросспост с указанием ссылки на журнал тролля. При попытке возобновить враждебные действия, журнал будет переведен в режим "френдз-онли", и троллю уже будет предстоять разбирательство с комиссией по конфликтам.
6. Этот ЖЖ - мой, а значит говорить гадости моим друзьям или о них - это означает говорить гадости обо мне. Исходя из этого смотрите правило №1.
7. Я не приемлю критиканство в свой адрес, если критика мне вдруг понадобится - я попрошу. Принимаются мнения, как положительные, так и отрицательные, но мнения от критики разительно отличаются именно отсутствием пояснений и советов. Куда пришить бантик и как волосы укладывать, я разберусь как-нибудь без советчиков. На своей территории я устанавливаю абсолютную монархию, "Государство - это Я". Людовик 14

Возможны дальнейшие изменения.
Вы еще не испугались? Тогда милости прошу!

Следы:

Первый вздох

Тихий плеск воды нарушает предрассветную тишину - густую и полную тумана.

Я делаю шаг вперёд, оставляя за спиной оковы темного времени года. Под веками клубится мягкая белизна видений прошлого, уступающих тому, чему только суждено случиться. Первые шаги пока ещё малы и тихи, словно ноги вспоминают силу - как после долгого сна или болезни.

Мелкие камушки колют ступни - но почему-то отпускает успевшая стать практически фоном ноющая боль слева в груди, рассыпающимися цепями спадает с плеч и спины сковавшая мышцы в тугой ком тяжесть. Внутри - легко и свежо, словно далёкая ещё весна коснулась души, оставляя в ней обещание вернуться.

Вода холодом обхватывает ноги, поднимается до колен, пропитывает подол платья, а я останавливаюсь, чувствуя пальцами шерховатость дерева, из которого сладили лодку. Старая, серо-голубоватая от времени, качается она на едва заметных волнах.

Кажется, мы прошли нашу развилку.
Верёвочная петля поразительно легко снимается и я на миг замираю, удерживая рукой теплый борт и глядя глаза-в-глаза.
Небольшое усилие - и течение неторопливо уносит ладью вдаль, оставляя меня на родном берегу, омываемом единственно вечной рекой, чьи воды - само время.

Лодка скрывается в тумане и я делаю первый вдох со времён Йоля.

Собрал как-то Келебримбор Гвайт-и-Мирдайн на Эрегионе и сказал так:
- Работаем от рассвета и до вечернего пира, а кто больше всех порадует - пойдёт вместе со мной смотреть Телепорно.

И ходили - бедный Келеборн нервничал и старательно делал вид, что ничего особенно не происходит, когда его по вечерам окружала толпа дружелюбных нолдор и начинала разглядывать, обмениваясь глубокомысленными замечаниями о продуктивности прошедшего дня, приятном отдыхе и важности Телепорно в культуре Ост-ин-Эдиля: восхитительном феномене, знаменующем собой расцвет дружбы народов.

День шел за днём, Ост-ин-Эдиль рос и всё бы ничего, но в последний вечер он набрался храбрости, подошел к нам и спросил:
- Ребята, а что такое это "Телепорно", о котором вы всё время говорите?

Дружелюбные нолдор замерли, сделали сложные щщи и начали издавать странные булькающие звуки. Кто-то повис на соседе и тихо зарыдал, а кто-то (одетый в перводомовскую котту) воздел руки к небесам и простонал "Вот вам гордыни Тингола плоды!"

И только Келебримбор, вздохнув, положил руку на плечо своего невысокого соправителя и, участливо улыбнувшись, сказал:
- Понимаешь... Это ты. На квенья.

Пауза. Молчание. Убегающая куда-то во тьму внешнюю от костра Артанис, пытающаяся выглядеть серьёзно.

И Келеборн медленно выдыхает сквозь сжатые зубы что-то на тему "Вот прав был Элу!"

Осень

Осень. Серое небо, стылая вода под ногами.

Отчаянно тянет в Холмы, каждое дуновение ветра распадается десятком голосов, поющих "В путь, в путь! Иди к нам, утерянное дитя, по тропе из опавших листьев и алых ягод, сбросив рубище людских надежд, иди!" - глаза стекленеют, кажется, сделай шаг по приоткрывшемуся пути - и всё будет легко да просто, а на следующее утро у ближайшего Холма найдут оставленное тобой холодное тело.

Осень. Золото сменяется багрянцем, багрянец - чёрными росчерками ветвей на сером небе - и злато возвращается вновь, зажигаясь вечерними фонарями да звоном в груди. Прибавь шагу, вдохни глубже, забудь обо всём, только беги - беги до тех пор, покуда ветер не смажет в единое пятно всё, что округ тебя, пока каждое движение не станет естественным и родным, а лёгкие не перестанут просить милости у влажного воздуха, проталкиваемого в горло.

Осень. Месяц наматывает душу на своё червонное веретено, колет сердце острым концом, пуская по нему хрупкие узоры изморози и неумолимо постукивая костяшками пальцев в двери, за которыми ты пытаешься сохранить летнее тепло.

Осень. И я разжимаю пальцы, державшие карминный плед на плечах, распрямляю спину, впервые ступая за ограду - сама, не дожидаясь удушливого чада потухших крох тепла.

Осень. Время - в галоп!
Начинается с того, что гном бодрым тоном сообщает о своей принадлежности к славному племени коренных жителей Эдораса. Полной причём.
Хотя на самом деле это прозвучало не конкретно так, а звонком с рассказом о том, что "он уже не так хорошо восстанавливается, как раньше" в его-то 19 лет и потому не придёт на тренировку. По поводу которой разорялся накануне, что выбил время на час раньше и потому надобно притопать не к 12, а 11... Ну да суть в том, что к моменту звонка половину пути я уже прошагала.
Пришла, прозанималась на час дольше - что тоже хорошо, однако гном всё равно это самое.
И девочек к разминке приучать надо, а то покалечатся.

Ну зато хоть видео сняли.


Р.S. Кааак же спина болиииит, если бы кто-то знал((

Таэрен

Рудая прядь, выбившаяся из небрежно стянутого хвоста, лукавая улыбка и бесстрашный взгляд.

Отблески огня, пляшущего в камине из потемневшего от времени кирпича, отражает короткое обоюдоострое лезвие, гарда увенчана сплетением листьев бука и дуба - тускло мерцает чернёное золото.

Движение ветра под отмеченными следами работы с металлом пальцами - кто сказал, что руки мастера должны быть холёны и белы?
Закрываю глаза, стремясь слышать всем телом - вихрь упруго толкает в спину, уплотняясь до твёрдости камня, рокочут почти видимые серебристые извивы, рвут волосы из косы и воздух - из лёгких, подчиняясь направившей их воле.

Власть над стихией не через оковы и проложенные русла, но сливаясь воедино - и обуздывая ставшее частью души. Сухой жар южных степей с ломкими от солнца травами прячется в словах твоих, нежданная ласка бриза в тёмные мгновения осени, укрывшей разум. Сделай шаг - и услышишь ржание коней в вое рыщущего меж облаков ветра - с Самайна под Йоль небо опускается к земле и молчат леса, вслушиваясь в зов тонконогих скакунов, ждущих седока.

Пламенем неукротимым сгорал ты жизнь первую, листвой звенел под сенью вековечного леса на второй - на третий раз плащ из пера с тысячи и одной птицы сведёт воедино два начала, невесомым доспехом ляжет на плечи, когда придёт время и звон подков выведет тебя на прямой путь.

Мысли, что сплетаются проворней пальцев. Сердце, полное тепла и утешения для иссохшего от одиночества древа моих дней. Слово, сказанное - и услышанное тотчас. Делаю шаг в пропасть - и под ногами свиваются кольца циклона надёжной опорой, захочешь - не упадёшь.

Чувства родства и мира, сменяющие собой снедающее душу беспокойство последних лет.

Кем бы ты ни был - брат ли названый, друг ли старый или просто струна, звенящая в едином со мной ритме - hantanyel!

Пожизнёвое

Немного о погоде в Екатеринбурге

И батареи холодные.

Помыла окна, собираю девчат на тренировки - каждую субботу, а вот четверг популярностью не пользуется.
Кто бы знал, насколько порой буксует процесс объяснения "вы были прекрасными дориатскими девами-целительницами, а теперь станете боеспособным отрядом Первого Дома".

Отчаянно тянет в Холмы, осень как всегда наматывает душу на своё червонное веретено, колет сердце острым концом, пуская по нему хрупкие узоры изморози и неумолимо постукивая костяшками пальцев в двери, за которыми ты пытаешься сохранить летнее тепло.
Ан-га-та-но - треском сглаженной морем гальки из обсидиана да кварца (три чёрных и один белый камушек) прокатывается имя по языку и ладонь снова помнит сухой жар шершавого от времени металла, что удерживает упрямое пламя в печи. До мельчайших чешуек и уже не царапающих кожу бугорков, когда прижимаешь руку, глядя в глаза другому - Мастеру - и слышишь, как гудит внутри пламя творения, не разобрать уже, его ли жар ровным ореолом расползается вокруг, заставляя кровь быстрее бежать по жилам или твой огонь стряхивает оковы, откликаясь на зов собрата и не пальцы дрожат, а зыбкое марево грядущего незримо плывёт вокруг них.

Ангатано - закрываю глаза, запрокидывая голову и вдыхая каменную пыль - в костях отзывается гул подземного пламени: неторопливо, непреклонно течёт оно по ему одному ведомым подземным руслам, прокладывая новые сквозь тяжесть базальта. Ауле ведомо, где оставит россыпь драгоценностей вязкая кровь земли, а где сжигающим воздух багрянцем выплеснется в богато изукрашенные коридоры подземных палат, лишая дыхания и круша ненадёжные дома забывшихся детей Эру.

Ангатано - потемневшие от работы с металлом пальцы держат прозрачный хрусталь фиала, а внутри дрожит звёздный свет, смешанный с ночной росой.
"Что ты хочешь за этот дар? - Возьми меня в ученики."
Мастер.
Учитель.
Друг, которому веришь, живая надёжность железа и пламени, смешанных воедино.
Холод пальцев, выскальзывающих в последнюю - страшную - ночь из обманутых суетой рук, что бы раствориться в ночи безвозвратно.

Навечно - один из пяти, для кого будут петь струны Лориена, пока не падут под тяжестью веков серебристые стволы меллорнов.

О костюме для Натальи

Декоративный пояс из металлизированных резных листьев, перекликающийся с венцом (возможно - узором на костюме?)

Глубокий зелёный цвет, уходящий в желтизну и алый


Комплект универсальный, с тёплой составляющей (кейп?)


Декоративные наручи с тканевой основой и резной накладкой из замши поверх + голенища такого же рода

Возможно, длинная юбка не под низ камзола, а поверх? Декоративная шнуровка разве что, что бы камеристок не искать. Если добавить по всему костюму вставок из тесьмы или вязки, как на ночнушке Падме, то можно скрыть его собираемость-разбираемость.




Силуэт - "свободное прилегание": не висит рубашкой, как на Эрегионе, а повторяет силуэт, при этом не обтягивая, возможно нижнее желает в таком стиле, только рукава от локтя и ниже облегают руку.



Песочные часы с уклоном в сторону груши (10 см разницы), рост - 170
Тёплое + непромокаемое. Косой подол. Возможность ношения в варианте с длинной юбкой (четырёхклинка или расклешённая к низу... от середины бедра?) и со штанами. Удобство передвижения по лесу, соединённое с эльфийским изяществом. Пристежной капюшон и многослойность: минимум два слоя, что бы выдержать жару и холод.
Келебримбор-Тьелперинквар.
Искры смеха в светлых глазах, пытливый ум, быстрые речи, проворные руки - что разницы, сжимать рукоять инструмента или кубок во время пира, если ты одинаково окружен друзьями каждый миг своей жизни?
Родичи твои были кто ярым пламенем, кто рокочущей волной, кто - ветром по лесным кронам, но ты не таков - гладкая, отполированная временем и руками неизвестного мастера прохладная поверхность темного камня из тех, что надёжнее иной скалы опорой будет дому и переживёт любую беду.

Вспомнишь ли ты в далёком пресветлом краю глаза своих кузнецов, что кричали за чашей вина "айя Феанаро!", смеясь в лицо прошлому, не разделённые более Домами и клятвами? Их объединил ты, твоя мечта собрала очистила судьбы многих и многих от наносного, ликующая чистота твоей темы прокалила до алмазного закала и сковала воедино стремления и чаяния бессчётного количества квенди, твоя сила стала нашим стержнем и наша вера в тебя - щитом города.

Будь славен, Тьелперинквар, владыка Эрегиона, славны и творения твои - но вовек первым среди них останется то кольцо, что не повторить Аннатару-предателю, не приблизиться ему к величию его и не узреть - Ост-ин-Эдиль, великое братство народов, что сплелись воедино, прославляя отныне и до веку дела твои и умножающим семена, что ты щедро сеял.


Немного о вдохновлявшем Read more...Collapse )
Нимфридиэль Тинкалаурэ Ар-Лироссэ была рождена у подножия Ойолоссэ в 1233 году Эпохи Древ.

Read more...Collapse )
продолжение истории про Белого Оленя, что пришел из легенд нандор... и довёл Келеборна до попыток прятаться под столами и за широкими нолдорскими спинами)
Когда-нибудь перепишу это нормально, что бы читать было приятно.
Что могло произойти с этим истаявшим почти до состояния животного майя после гибели Ост-ин-Эдиля?



После того как отгремела великая битва и дым пожарищ Ост-ин-Эдиля остыл, смешавшись с туманами некогда благословенной земли, из серой хмари вышел Олень.

Пепел, гонимый ветром, скрыл сияющую белизну шерсти, угли хрустели под копытами, а в глазах застыло мертвенно-голубое сияние, при взгляде в которое леденело сердце и таяло желание жить.

Подобно призраку, неслышно и плавно, шел Олень по руинам: обгорелые ветви деревьев скребли изломами почерневшие рога, сизый туман с шипением гасил мелкие угольки при его приближении, прахом рассыпались остатки трав и брошенная в спешке кем-то из квенди флейта.

Беззвучно стенали камни домов и мостовых, оплакивая своих создателей, гасли последние причитания истекающего из разбитой чаши фонтана, уничтоженного животной яростью захватчиков.
Олень шел - и с каждым шагом мертвенная тишь всё дальше расходилась по покинутым улицам и брошенным домам, давящая пустота гасила звуки и цвета, сменяя их серой, вечно пахнущей застарелым пожарищем хмарью. Он знал, куда идти - в былые времена именно оттуда был слышен Зов - и двигался к своей цели, а тени и пепел заметали его следы.

Тонкие прутики на сухой и растрескавшейся земле, чудом не тронутые огнём и не растоптанные орками, мертвое серебро листьев, что уже никогда не развернутся в полную силу. Олень остановился, высоко поднимая голову - о, узнать бы в этом гиганте белого страдальца, вышедшего к эльфам из чащи! - ныне шерсть его жестка и седа, в ней прячутся тени и тяжелые сны, рога обсидиановыми копьями пронзают затянутое низкими облаками небо...

Хранитель обрёл своё место.
Нолдо, с которым Тинкалаурэ пошла бы в разведку... но вместо этого организовала исход эльфов до Кхазад-Дума на конфеты и кальян.
Ильмо - это рассвет на границе весны и лета, когда ты стоишь на вершине замковой стены, а под пальцами и щекой подобной ветру лаской скользит гладкий и невесомый шелк плаща, что струится с твоих плеч, колыхаясь под дыханием зефира.
Небо светлеет и взор пронзает чистый горный воздух дальше и дальше, а мягкое сияние набирающего силу дня играет на серебряной нити, складывающейся в тонкий узор - звёзды на небесно-голубом поле.


Profile

nimfridiel
Nimfridiel

День за днем

January 2018
S M T W T F S
 123456
78910111213
14151617181920
21222324252627
28293031   

Syndicate

RSS Atom
Powered by LiveJournal.com